Неточные совпадения
Но в продолжение того, как он сидел в жестких своих креслах, тревожимый мыслями и бессонницей, угощая усердно Ноздрева и всю родню его, и перед ним теплилась сальная свечка, которой светильня давно уже накрылась нагоревшею черною шапкою, ежеминутно грозя погаснуть, и глядела ему в окна слепая, темная ночь, готовая посинеть от приближавшегося рассвета, и пересвистывались вдали отдаленные петухи, и в совершенно заснувшем городе, может быть, плелась где-нибудь фризовая шинель, горемыка неизвестно какого класса и чина, знающая одну только (увы!) слишком протертую русским забубенным
народом дорогу, — в это время на другом конце города происходило событие, которое готовилось увеличить неприятность
положения нашего героя.
Но управляющий сказал: «Где же вы его сыщете? разве у себя в носу?» Но председатель сказал: «Нет, не в носу, а в здешнем же уезде, именно: Петр Петрович Самойлов: вот управитель, какой нужен для мужиков Чичикова!» Многие сильно входили в
положение Чичикова, и трудность переселения такого огромного количества крестьян их чрезвычайно устрашала; стали сильно опасаться, чтобы не произошло даже бунта между таким беспокойным
народом, каковы крестьяне Чичикова.
—
Народы, говорят законоучители, находятся один в рассуждении другого в таком же
положении, как человек находится в отношении другого в естественном состоянии.
— Значит, по-моему, — сказал начинавший горячиться Левин, — что в восьмидесятимиллионном
народе всегда найдутся не сотни, как теперь, а десятки тысяч людей, потерявших общественное
положение, бесшабашных людей, которые всегда готовы — в шапку Пугачева, в Хиву, в Сербию…
Левин видел, что в вопросе этом уже высказывалась мысль, с которою он был несогласен; но он продолжал излагать свою мысль, состоящую в том, что русский рабочий имеет совершенно особенный от других
народов взгляд на землю. И чтобы доказать это
положение, он поторопился прибавить, что, по его мнению, этот взгляд Русского
народа вытекает из сознания им своего призвания заселить огромные, незанятые пространства на востоке.
Всё хозяйство, главное —
положение всего
народа, совершенно должно измениться.
По ее мнению, такого короткого знакомства с богом было совершенно достаточно для того, чтобы он отстранил несчастье. Она входила и в его
положение: бог был вечно занят делами миллионов людей, поэтому к обыденным теням жизни следовало, по ее мнению, относиться с деликатным терпением гостя, который, застав дом полным
народа, ждет захлопотавшегося хозяина, ютясь и питаясь по обстоятельствам.
Географическое
положение России было таково, что русский
народ принужден был к образованию огромного государства.
Русский
народ победит германизм, и дух его займет великодержавное
положение в мире, лишь победив в себе «розановщину».
И несчастливое географическое
положение, и воинственно-насильнические инстинкты германской расы делают германский империализм трудным, форсированным и непереносимым для других стран и
народов.
И по своему географическому
положению, и по коренным свойствам своей расы англичане — самый империалистический, и быть может, единственный империалистический
народ в современном смысле слова.
И так понемногу приходил
народ в это
положение, что он сам не видит всего ужаса его и не жалуется на него.
Я считаю, мне кажется (поправил он свой американизм), что и русский
народ должен бы видеть себя в таком
положении: по — моему, у него тоже слишком много дела на руках.
Долго терпел
народ; наконец какой-то тобольский мещанин решился довести до сведения государя о
положении дел. Боясь обыкновенного пути, он отправился на Кяхту и оттуда пробрался с караваном чаев через сибирскую границу. Он нашел случай в Царском Селе подать Александру свою просьбу, умоляя его прочесть ее. Александр был удивлен, поражен страшными вещами, прочтенными им. Он позвал мещанина и, долго говоря с ним, убедился в печальной истине его доноса. Огорченный и несколько смущенный, он сказал ему...
Народническая интеллигенция шла в
народ, чтобы слиться с его жизнью, просвещать его и улучшить его экономическое
положение.
Сомнение в оправданности частной собственности, особенно земельной, сомнение в праве судить и наказывать, обличение зла и неправды всякого государства и власти, покаяние в своем привилегированном
положении, сознание вины перед трудовым
народом, отвращение к войне и насилию, мечта о братстве людей — все эти состояния были очень свойственны средней массе русской интеллигенции, они проникли и в высший слой русского общества, захватили даже часть русского чиновничества.
Интеллигенция была поставлена в трагическое
положение между империей и
народом.
Живут они в Северном Сахалине, по западному и восточному побережью и по рекам, главным образом по Тыми; [Гиляки в виде немногочисленного племени живут по обоим берегам Амура, в нижнем его течении, начиная, примерно, с Софийска, затем по Лиману, по смежному с ним побережью Охотского моря и в северной части Сахалина; в продолжение всего того времени, за которое имеются исторические сведения об этом
народе, то есть за 200 лет, никаких сколько-нибудь значительных изменений в
положении их границ не произошло.
— Самый это
народ внимания не стоящий, — отвечает он, принимая совсем наклонное
положение.
Не архитектура, не древности, не красота
положения поддерживали интерес, а уличная жизнь, нравы, политическое движение, типы в
народе, буржуазии и высшем классе, вечернее оживление по кафе, гулянье в парке"Прадо"и неизбежный Plaza de toros (площадь быков).
Ходил к нему разный"сбродный"
народ: молодые люди из Комедии или без всякого еще
положения, девицы неизвестно какой профессии, в том числе и с замашками недорогих куртизанок.
В Лондоне испытал я впервые чувство великой опасности быть брошену как в море тому, кто не может произнесть ни одного слова по-английски. Теперь еще больше
народу, маракующего крошечку по-французски или по-немецки, но тогда, то есть сорок один год назад, только особенная удача могла вывести из критического, безвыходного
положения всякого, кто являлся в Лондон, не позаботившись даже заучить несколько фраз из диалогов.
«Панская шутка» вызвала веселье среди празднично настроенного
народа, собравшегося вокруг этой сценки и ожидавшего, как-то пан выйдет из щекотливого
положения.
Открытиями, сделанными Шервудом, император был глубоко огорчен. Он сознавал усилия, употребленные им во время своего царствования на улучшение нравственного, политического и материального
положения своих
народов, и потому его глубоко огорчали несправедливость и неблагодарность, которые одни только и могли вооружать против него руку заговорщиков.
Восторженные клики парижан, шедшие прямо от сердца и приветствовавшие «русского царя», принесшего Франции, измученной победами, и остальной Европе, измученной поражениями, миртовую ветвь мира, красноречиво говорили еще тогда о лежавших в глубине сердец обоих
народов взаимных симпатиях, имеющих незыблемую опору в их территориальном
положении и в их историческом прошлом.
— В донесении моем это отчасти сказано, — отвечал Вихров, — потому что по последнему моему поручению я убедился, что всеми этими действиями мы, чиновники, окончательно становимся ненавистными
народу; когда мы приехали в селение, ближайшее к месту укрывательства бегунов, там вылили весь квас, молоко, перебили все яйца, чтобы только не дать нам съесть чего-нибудь из этого, — такого унизительного
положения и такой ненависти от моего
народа я не желаю нести!
— Прекрасно. Несмотря, однако ж, на это, несмотря на то, что у нас под ногами столь твердая почва, мы не можем не признать, что наше
положение все-таки в высшей степени тяжелое. Мы живем, не зная, что ждет нас завтра и какие новые сюрпризы готовит нам жизнь. И все это, повторяю, несмотря на то, что наш
народ здоров и спокоен. Спрашивается: в чем же тут суть?
По приказанию его императорского величества, барон Каульбарс должен был отправиться в Болгарию и объявить всему болгарскому
народу чувство искреннего доброжелательства его величества и дать совет для выхода из ее затруднительного
положения, но, вместе с тем, категорически объявить высочайшую волю, что ни Баттенберг, ни кто-либо из его братьев не должен возвратиться в Болгарию.
Казалось, что в эту ночь в его роскошных залах, частью обращенных в сады, собрались представители всех
народов, званий и
положений, не исключая и творений человеческой фантазии, начиная с мифологического Зевеса и кончая шаловливым эльфом.
Когда один
народ воюет с другим, то цель его состоит в том, чтобы приобрести желательное
положение силою.
Для того, чтобы ясно понять всю безнравственность, всё антихристианство жизни христианских
народов, довольно только вспомнить о том, что повсюду допускается и упорядочивается правительствами
положение женщин, живущих развратом.
Такое
положение невыносимо было для Катерины: дни и ночи она все думала, страдала, экзальтировала свое воображение, и без того горячее, и конец был тот, что она не могла вытерпеть — при всем
народе, столпившемся в галерее старинной церкви, покаялась во всем мужу.
Закубанские
народы шевелились, возбуждаемые Турцией; даже некоторые из европейских держав думали воспользоваться затруднительным
положением, в коем находилась тогда Россия.
Нужно только бесконечно жалеть и сокрушаться о том, что есть в жизни
народа такие непримиримые
положения, когда отдельная личность, даже помимо собственной воли, насильственно принуждена разрывать самые дорогие свои связи и отношения.
Лучшая, наиболее культурная часть русского дворянства чувствовала ненормальность и неоправданность своего
положения, свою вину перед
народом.
Отношение к народу-пролетариату определяется уже не столько состраданием к его угнетенному, несчастному
положению, сколько верой в то, что он должен победить, что он грядущая сила и освободитель человечества.
— Тоже и у их беднота… по всему видно… Терплят… И везде, видно, который ежели простой
народ, то терплит… Во всех царствах одно им
положение! — философически прибавил Бастрюков. — Разве вот что англичане да французы быдто с форцом… Там и простой
народ, а с понятием… И с большим по-ня-ти-ем! Как вы полагаете?.. Небось, не то что мы, чумазые…
Лозищанин понял, что эти люди заботятся о нем, хотя его удивляло, что этот беспечный
народ относился к его печальному
положению с каким-то непонятным весельем.
«Каждое правительство содержит столько войска, сколько оно могло бы содержать, если бы его
народу угрожало истребление, и люди называют миром состояние напряжения всех противу всех. И потому Европа так разорена, что если бы частные люди были в том
положении, в котором находятся правительства этой части света, то самым богатым из них было бы нечем жить. Мы бедны, имея богатства и торговлю всего мира».
Обыкновенно думают, что всеобщая воинская повинность и связанные с нею всё увеличивающиеся вооружения и вследствие того всё увеличивающиеся подати и государственные долги во всех
народах есть явление случайное, возникшее от некоторого политического
положения Европы, и может быть устранено тоже некоторыми политическими соображениями, без изменения внутреннего строя жизни.
Отношение к этому в нашем образованном обществе трояко: одни рассматривают это явление как нечто случайное, возникшее от особенного политического
положения Европы, и считают его поправимым без изменения всего внутреннего строя жизни
народов, внешними дипломатическими международными мерами.
И действительно, трудно придумать
положение, которое было бы бедственнее того, в котором находится теперь христианский мир с своими вооруженными друг против друга
народами, с своими постоянно неудержимо возрастающими для поддержания всё растущих этих вооружений податями, со всё разгорающейся ненавистью рабочего сословия к богатому, с висящим надо всеми дамокловым мечом войны, всякую секунду готовым и необходимо долженствующим рано или поздно оборваться.
Подобное соревнование увеличивает само по себе опасность войны:
народы не могут переносить долго увеличенное вооружение и рано или поздно предпочтут войну всем невыгодам настоящего
положения и постоянной угрозы.
И вот, с одной стороны, люди, христиане по имени, исповедующие свободу, равенство, братство, рядом с этим готовы во имя свободы к самой рабской, униженной покорности, во имя равенства к самым резким и бессмысленным, только по внешним признакам, разделениям людей на высших, низших, своих союзников и врагов, и во имя братства — готовы убивать этих братьев [То, что у некоторых
народов, у англичан и американцев, нет еще общей воинской повинности (хотя у них уже раздаются голоса в пользу ее), а вербовка и наем солдат, то это нисколько не изменяет
положения рабства граждан по отношению правительств.
Опыт войн, веденных в последние годы, учит нас, что каждая война только обострила враждебность
народов, увеличила тяжесть и невыносимость давления милитаризма и сделала политико-экономическое
положение Европы только еще печальнее и запутаннее».
Весь длинный 1800-летний ход жизни христианских
народов неизбежно привел их опять к обойденной ими необходимости решения вопроса принятия или непринятия учения Христа и вытекающего из него для общественной жизни решения вопроса о противлении или непротивлении злу насилием, но только с тою разницею, что прежде люди могли принять и не принять решение, данное христианством, теперь же это решение стало неизбежно, потому что оно одно избавляет их от того
положения рабства, в котором они, как в тенетах, запутали сами себя.
B-17-x, ввиду того, что: 1) цель, преследуемая всеми обществами мира, состоит в установлении юридического порядка между
народами; что 2) нейтрализация путем международных договоров составляет шаг к такому юридическому
положению и к уменьшению числа стран, в которых будет возможна война, — конгресс предложил расширить правила о нейтрализации и выразил желание, чтобы все договоры о нейтрализации, уже существующие в настоящее время, оставались и вперед в силе или, в случае нужды, были дополнены в том смысле, чтобы нейтралитет был распространен на всё государство или чтобы были уничтожены крепости, представляющие для всякого нейтралитета скорее опасность, чем ручательство.
Положение участника в правительстве и богача уже не представляется, как оно было прежде и каково оно теперь среди нехристианских
народов, несомненно почтенным и достойным уважения
положением и благословением божиим. Люди, наиболее чуткие, нравственные (большею частью они же и наиболее образованные) избегают этих
положений и предпочитают им более скромные, но не зависимые от насилия
положения.
И мы, правительственные люди, противодействующие этому обеднению мудрым управлением, и мы, капиталисты, противодействующие этому распространением полезных изобретений, мы, духовенство, — религиозным обучением, а мы, либералы, — устройством союзов рабочих, увеличением и распространением образования, этим путем, не изменяя своего
положения, увеличиваем благосостояние
народа.
«Но, — скажут на это, — всегда во всех обществах большинство людей: все дети, все поглощаемые трудом детоношения, рождения и кормления женщины, все огромные массы рабочего
народа, поставленные в необходимость напряженной и неустанной физической работы, все от природы слабые духом, все люди ненормальные, с ослабленной духовной деятельностью вследствие отравления никотином, алкоголем и опиумом или других причин, — все эти люди всегда находятся в том
положении, что, не имея возможности мыслить самостоятельно, подчиняются или тем людям, которые стоят на более высокой степени разумного сознания, или преданиям семейным или государственным, тому, что называется общественным мнением, и в этом подчинении нет ничего неестественного и противоречивого».